Киевские чиновники приехали полюбоваться НГЗ: завод — актив, шлам — тоже почти бонус

НГЗ готовят к приватизации, но вместе с разговорами об инвесторах власть почти не говорит главное: кто будет отвечать за шламовые поля

Цей матеріал також доступний:

02 Июн 2026

0 702

Николаевский глиноземный завод снова пытаются представить как перспективный стратегический актив, который Украина планирует подготовить к масштабной приватизации в 2026 году. Но за красивыми словами об инвесторах, европейских производственных цепочках и быстром восстановлении работы предприятия остается вопрос, который для жителей Николаева значительно важнее стартовой цены продажи: кто будет отвечать за шламовые поля, “Марсово поле” и миллионы тонн красного шлама после приватизации?

О подготовке предприятия к продаже сообщила заместительница министра экономики, окружающей среды и сельского хозяйства Украины Дарина Марчак, которая посетила НГЗ в рамках рабочей поездки по объектам, готовящимся к приватизации. На официальном уровне завод представляют как актив с большим потенциалом, который можно вернуть к полноценной работе и интегрировать в новые производственные цепочки.

Формально логика понятна: государство не хочет держать завод мертвым грузом, а выставить его на приватизацию, найти покупателя, запустить производство и показать инвесторам, что даже сложные промышленные активы в Украине могут снова работать. Тем более, ранее уже сообщалось, что Николаевский глиноземный завод оценили ориентировочно в 86 млн долларов, а его продажу планировали на четвертый квартал 2026 года.

Но в случае с НГЗ речь идет не просто о заводе, трубах, цехах, складах и возможной прибыли. Вместе с предприятием существует огромная экологическая проблема – шламовые поля, которые местные давно знают как “Марсово поле”. Именно там накоплены миллионы тонн красного шлама, и именно эта проблема никуда не исчезнет после того, как на предприятии сменится владелец.

Более того, в предыдущих материалах korabelov.info уже поднимали вопрос почти о 50 миллионах тонн красного шлама возле Николаева. И это не абстрактная проблема для отчетов или презентаций. Это пыление, риски для воздуха, почв, воды, здоровья людей и ответственность, которую чиновники очень легко могут переложить с одних рук на другие.

Во время визита на НГЗ представители министерства и руководство предприятия обсудили техническое состояние производственных мощностей, перспективы восстановления полноценной работы завода, подготовку к приватизации и экологические вопросы. Особое внимание уделили шламовым полям. Но само формулирование, что эти объекты могут представлять интерес для инвесторов, звучит для местных жителей по меньшей мере тревожно.

Потому что шламовые поля – это не “бонус” к приватизационному пакету и не красивая территория для инвестиционной презентации. Это потенциальная экологическая бомба, которая годами накапливалась рядом с Николаевом. И если киевские чиновники действительно рассматривают её как часть привлекательности актива, то они должны честно сказать людям: что именно планируют делать со шламом, кто за это будет платить и какие гарантии получит местная община.

Особенно остро эта тема выглядит на фоне того, что красный шлам уже создавал проблемы для прилегающих территорий. Экологи раньше предупреждали об опасности пыли со шламохранилищ НГЗ, а местные жители видели, как красная пыль снова оказывалась в воздухе над ближайшими селами.

На этом фоне странно выглядят и заявления о быстром запуске завода. Да, технологически НГЗ может быть интересен потенциальному покупателю: это большой промышленный площадка, которая десятилетиями работала в производственном цикле глинозема. Но вопрос в другом: не пытается ли власть сейчас сделать из предприятия инвестиционную “конфетку”, не поднимая самые неприятные вопросы, с которыми после продажи могут остаться сами жители Николаева и области?

Ведь исторически НГЗ был связан не столько с европейским рынком, сколько с производственными цепочками российского алюминиевого бизнеса, связанного с Олегом Дерипаской. Именно поэтому заявления об интеграции в европейские производственные цепочки требуют очень конкретных пояснений: кто именно готов покупать глинозем НГЗ, соответствует ли его качество и фракция требованиям новых потребителей, кто обеспечит сырье и не станет ли экологическая проблема просто дополнением к красивой приватизационной истории.

Дарина Марчак во время визита заявила, что для Украины завод имеет значительный потенциал после восстановления полноценной работы.

“Для Украины НГЗ – актив с большим потенциалом интеграции в европейские производственные цепочки после восстановления полноценной работы”, – отметила Дарина Марчак.

Но за этой цитатой стоит ряд неудобных вопросов. Если завод действительно можно быстро запустить, то готово ли государство так же быстро решить вопросы шламовых полей? Будет ли приватизационная сделка содержать жесткие экологические обязательства? Будет ли независимый мониторинг пыления, состояния дамб и воздействия на окружающую среду? Или снова все сведется к тому, что в презентациях будет “большой потенциал”, а у людей по соседству останется красная пыль?

Не прибавляет доверия и то, как местная власть коммуницирует тему отходов НГЗ. Глава Николаевской ОВА Виталий Ким недавно публично касался этой темы, но фактически перепутал шлам со шлаком. Для кого‑то это может выглядеть как мелкая языковая ошибка. Но когда речь идет о промышленных отходах, экологии и возможном использовании материалов в строительстве, разница между шламом и шлаком принципиальна.

Шлак и красный шлам – это не одно и то же. И если чиновники путаются даже в базовых терминах, то возникает закономерный вопрос: насколько глубоко они действительно понимают экологические риски, которые пытаются встроить в приватизационную историю про “перспективный актив”?

Ранее Виталий Ким также озвучивал планы по запуску НГЗ и возможному строительству алюминиевого завода. Об этом korabelov.info уже писал в начале мая 2026 года. Но и здесь главный вопрос не исчезает: любой запуск производства должен начинаться не с пиара, а с честного ответа об экологии.

Отдельно стоит напомнить, что НГЗ уже привлекал внимание потенциальных инвесторов. В частности, сообщалось, что завод заинтересовал компании, связанные с алюминиевой отраслью и фондовыми рынками. Но заинтересованность инвесторов еще не означает автоматического решения проблемы для людей. Инвестор смотрит на прибыль, логистику, активы и перспективы. Жители смотрят на воздух, пыль, воду, здоровье детей и на то, не останутся ли они один на один с последствиями старого производства.

В Министерстве экономики рассчитывают, что качественная подготовка предприятия к приватизации позволит привлечь инвесторов и обеспечить дальнейшее развитие производственного комплекса. Но в случае с НГЗ качественная подготовка — это не только оценка оборудования, мощностей, цехов и будущей цены. Это, прежде всего, экологический аудит, публичные обязательства, конкретный план обращения со шламом и понятная ответственность будущего владельца.

Дарина Марчак также подчеркнула, что государство хочет эффективнее управлять активами.

“В Украине до сих пор остается много государственных и коммунальных активов, которые могут работать значительно эффективнее. Наша цель – чтобы Украина стала действительно эффективным владельцем своих активов”, – подчеркнула заместительница министра.

В случае с Николаевским глиноземным заводом эффективность нельзя измерять только суммой продажи или скоростью запуска. Для Николаева настоящая эффективность — это когда после приватизации город и окружающие села не останутся с пылью, дамбами, шламом и пустыми обещаниями.

Пока же ситуация выглядит так, будто власть очень старается сделать из НГЗ инвестиционную “конфетку”. Но внутри этой “конфетки” — шламовые поля, экологические риски, неопределенная ответственность и очень горький привкус для людей, которые живут рядом.