В деле о взяточничестве мэра Баштанки исчезло вещественное доказательство: где 5 тысяч гривен — прокурор не знает

В уголовном производстве в отношении мэра Баштанки Александра Берегового, которое продолжается уже более 10 лет, возник очередной, мягко говоря, необычный поворот. Сторона обвинения не смогла предоставить суду деньги, которые следствие называет предметом неправомерной выгоды. Защита утверждает, что речь идет о вещественных доказательствах, которые должны были храниться в определенном месте. Однако в ходе их исследования выяснилось, что денег там нет. Об этом сообщил адвокат Александра Берегового Владимир Тимошин.

«В уголовном производстве, которое длится более 10 лет, исчезли вещественные доказательства, а именно денежные средства, которые по версии автора обвинительного акта являются предметом неправомерной выгоды нашего клиента. По месту, где они должны были храниться, их нет. Как-то неловко получилось», — написал адвокат в Facebook.

Ситуация выглядит особенно интересно на фоне того, что речь идет не о какой‑то потерянной в канцелярии бумажке, а о вещественном доказательстве, которое сторона обвинения должна была предъявить суду для исследования.

В комментарии «МикВісті» Владимир Тимошин рассказал, как именно суд пришел к этому неожиданному открытию. По его словам, в деле завершили исследование письменных доказательств, после чего защита заявила ходатайство о исследовании вещественных доказательств — в частности денег.

«Мы заявили, чтобы прокурор предоставил деньги в судебное заседание для исследования, действительно ли они есть, но прокурор попросил технический перерыв, а после него сообщил, что местонахождение их неизвестно», — рассказал адвокат.

После этого суд объявил перерыв примерно на неделю. На следующем заседании ситуация принципиально не изменилась: прокурор сообщил, что деньги пока не нашли. То есть после 10 лет рассмотрения дела стороны наконец дошли до вещественного доказательства — и тут выяснилось, что его ещё нужно поискать. Судебный процесс, похоже, решил добавить к классическому жанру уголовной драмы элементы детектива.

По словам Владимира Тимошина, ещё в 2016 году местом хранения вещественных доказательств определили кабинет №18 на улице Декабристов в Николаеве — тогдашнем Центральном отделе милиции.

«Где деньги, прокурор не знает. Это уже в производстве 10 или 12 прокурор. То есть он не с самого начала. Поэтому имеем факт отсутствия вещественных доказательств», — сказал адвокат.

Защитник также отметил, что деньги в своё время специально обработали, поскольку они не могли находиться в обращении. После завершения производства их, по его словам, должны были уничтожить. Теперь же возник простой вопрос: где они находятся сейчас?

Владимир Тимошин заявил, что планирует обратиться в суд с ходатайством о вынесении отдельного постановления и обращении в Офис Генерального прокурора. Цель — добиться проверки обстоятельств исчезновения вещественных доказательств.

«Я планирую в заседании заявить ходатайство об отдельном постановлении — обращении в Офис генерального прокурора для открытия уголовного производства по факту исчезновения вещественных доказательств. Нужно установить, возможно, следователи или следователь, либо другие лица присвоили, то есть банальная кража могла произойти», — сказал адвокат.

В то же время важно отметить: заявления о возможном присвоении или краже в настоящее время являются позицией защиты и не означают, что факт преступления уже установлен.

Уголовное производство в отношении Александра Берегового зарегистрировали ещё в 2016 году, когда он был депутатом районного совета. Ему инкриминируют ч.3 ст.369-2 Уголовного кодекса Украины — получение неправомерной выгоды для себя или третьего лица за влияние на принятие решения уполномоченным лицом, соединённое с вымогательством такой выгоды.

Тогда в Департаменте защиты экономики Национальной полиции Украины заявляли, что Александр Береговий вымогал у предпринимателя 5 тысяч гривен за непрепятствование хозяйственной деятельности — в частности санитарной очистке лесополос. За десять лет дело успело сменить не только несколько этапов рассмотрения, но и около 10 прокуроров, по словам защиты. Теперь к этому списку можно добавить ещё один пункт: поиск вещественного доказательства, которое должно было храниться в органах правопорядка.

В этом году рассмотрение дела также сопровождалось другими процессуальными трудностями. 6 мая 2026 года суд не смог допросить свидетеля Игоря Блошко, который не явился на заседание. 19 мая ситуация повторилась. Блошко направил в суд письмо, в котором заявил, что не считает себя свидетелем в этом производстве и ему нечего объяснять.

А уже в сентябре 2026 года защита просила отвода судьи Сергея Янчука. Среди аргументов адвокат называл, в частности, ситуацию с проведением заседания через видеосвязь из больницы и изменениями формулировок в судебных постановлениях, которые впоследствии назывались «описками». Суд в отводе отказал.

Несмотря на очередную проблему с вещественными доказательствами, защита заявляет о готовности переходить к судебным дебатам. Адвокаты планируют просить суд принять решение, опираясь на те доказательства, которые фактически имеются в деле и были исследованы в ходе судебного разбирательства.

Итак, в деле, которое началось ещё 10 лет назад с истории о 5 тысячах гривен, теперь появилась новая загадка: деньги, которые должны были быть вещественным доказательством, суду не показали, а их местонахождение в настоящее время неизвестно. Остаётся надеяться, что поиски не продлятся ещё 10 лет — иначе дело рискует превратиться уже не в судебный процесс, а в многосерийный детектив с очень медленным финалом.