491 день на позиции, самостоятельная ампутация ног и эвакуация воздушным дроном: как украинский боец дождался спасения
Потерял обе ноги, похоронил побратима и месяцами ждал эвакуации: история «Магуры»
На Харьковщине провели необычную эвакуационную операцию: раненого украинского военнослужащего, который из-за тяжёлых травм не мог самостоятельно покинуть позицию, вывезли с помощью тяжёлого беспилотника. Для этого использовали гексакоптер Heavy Shot «Аюдаг-6», способный перевозить значительный груз.
491 день подряд на боевой позиции находился 49-летний Константин Власенко с позывным «Магура», военнослужащий 30-й отдельной механизированной бригады. За это время он пережил тяжёлые ранения, потерял обе ноги, лишился побратима и долгое время выживал в укрытии, получая еду и медикаменты с помощью беспилотников.
Как сообщает «Суспільне Харків», спасение организовали совместными усилиями нескольких военных подразделений и украинской оборонной компании «Gurzuf Defence». Из-за активности российских беспилотников традиционная эвакуация была слишком опасной. В итоге военного доставили по воздуху, а дрон с ним на борту преодолел 62 километра.
Ранение, гибель побратима и месяцы в укрытии: как выживал Константин
Константин Власенко рассказал, что получил ранение на Купянском направлении в результате сбросов боеприпасов с российских дронов. Правую ногу он потерял в апреле, а левую — в мае.
Военный вспомнил, что тогда на позиции было особенно тяжело из-за погоды. Когда таял снег, укрытие затопило. Одежда промокла, а ночью ударил мороз. Хотя побратимы пытались сбрасывать ему сухие вещи, переодеться в таких условиях было опасно и неудобно. К ранениям добавилось обморожение.
«Враг прилетал „птицей“ и сбрасывал [боеприпасы]. Нашу позицию затопило, когда таял снег. Враг нас заметил и сбросил боеприпас. Попало в ноги, левую перебило, задело правую. У нас всё было мокрое, одежда промокла. Хотя ребята сбрасывали нам сухую, переодеться ночью было очень опасно и неудобно, поэтому мы сидели в мокром, а ночью ударил мороз. Началось ещё и обморожение», — вспоминает военный.
Отдельной болью для Константина стала гибель побратима, которая произошла 16 февраля. По словам бойца, в тот день товарищу исполнилось 50 лет. Он погиб после вражеского сброса, а сам Константин из-за собственных ранений не смог его защитить.
«У него был день рождения, юбилей — 50 лет. Я его не уберёг. Мне было тяжело с ним, я его оберегал. В этот раз не смог, потому что был ранен и не смог его защитить. Был сброс. И он попал под сброс. Враг любит сбрасывать боеприпасы ночью, чтобы не было видно ран, чтобы было непонятно, куда и что перевязывать. До утра он не дожил. С 16 февраля я остался один», — рассказывает Константин.
После этого военный остался на позиции один. Ему пришлось искать укрытие, где можно было переждать опасность. Таким местом стало разрушенное здание, где он впоследствии спрятался под печью.
«Потом и там всё разбили, так что мне пришлось залезть под печку. И до октября я провёл вот так под печью», — говорит боец.
Несмотря на тяжёлое состояние, Константин пытался самостоятельно оказать себе помощь. Он наложил турникет, а когда кровотечение уменьшилось, сделал повязку и снял его. Побратимы сбрасывали ему медикаменты, которые помогали держаться.
«Я знаю, что долго держать турникет нельзя. Сначала я наложил турникет, потом, когда кровь перестала сильно литься и стала лишь капать, сделал себе повязку и снял турникет. Мне сбрасывали лекарства».
По словам военного, обезболивающие препараты он принимал примерно месяц-полтора. Позже решил постепенно отказаться от них.
«Я уже не хотел к ним привыкать и потихоньку привыкал к боли. Привык, и до эвакуации уже ни одного обезболивающего не принимал», — рассказал боец.
Эвакуация тяжёлым дроном: «Пилот нёс меня не как мешок картошки»
Эвакуировать Константина обычным способом долго не удавалось. Российские войска усилили применение беспилотников, из-за чего передвижение военных к позиции стало чрезвычайно опасным.
Сначала планировали провести ротацию, а не эвакуацию. Однако военнослужащие не смогли добраться до раненого. Константин понимал, что те, кто мог бы пойти за ним, подверглись бы опасности, и уже не надеялся вернуться.
«Первая попытка была заменить бойцов, а не эвакуировать — провести ротацию. Ребята не могли дойти, потому что враг нарастил свой лётный потенциал. Они погибали. Я уже не хотел, чтобы кто-то шёл за мной. Я уже был согласен остаться там навсегда», — говорит Константин.
Команду, которая в итоге организовала его спасение, боец называет ангелами. Для эвакуации использовали тяжёлый беспилотник, конструкция которого позволяет перевозить человека в специальном кресле.
«Это большой низкий дрон, он стоит на ногах. Под него можно залезть лёжа. В нём есть кресло, в которое нужно забраться, карабины».
Константин особо отметил работу пилота, который управлял дроном во время полёта. Позже выяснилось, что они земляки — оба из Кривого Рога.
«Поклона мало. Вся моя душа, вся моя жизнь принадлежит им. Всё, что я могу для них сделать, я сделаю. Там было задействовано много людей. И пилот у меня был… Он нёс меня не как мешок картошки, а как человека, словно на настоящем самолёте. Я ему очень благодарен. Я узнал, что он мой земляк из Кривого Рога, да ещё и из того района, где живу я. Для нас это стало настоящим шоком», — улыбается Константин.
Военный также подчеркнул, что выдержать долгое пребывание на позиции ему помогали вера, поддержка побратимов и командования.
«Меня подбадривало командование. У меня очень хороший командир роты, очень хорошие ребята, мои побратимы. Они все за меня переживали. И мысль о том, что кто-то обо мне думает, что меня никто не бросил, помогала держаться», — говорит боец 30-й бригады.
Помощь поступала даже тогда, когда враг уничтожал посылки, сброшенные с беспилотников.
«Если мне сбрасывали посылку, а враг её уничтожал, сразу же была ещё одна. Чтобы меня накормить, сбросить мне лекарства».
Heavy Shot «Аюдаг-6»: дрон для сверхсложных задач
Для эвакуации Константина привлекли несколько военных подразделений и украинскую компанию «Gurzuf Defence», которая производит тяжёлые беспилотники-бомбардировщики Heavy Shot.
Один из директоров компании по имени Иван рассказал, что модификацию Heavy Shot под названием «Аюдаг-6» разработали примерно за год до операции. Изначально её задумали как многофункциональную платформу для логистических задач, которую военные могли бы адаптировать к различным потребностям.
«Наша компания „Gurzuf Defence“ уже более трёх лет серийно производит аппараты — бомбардировщики „Heavy Shot“, которые применяются по всей линии фронта. Соответственно, этот аппарат — модификация „Heavy Shot“ под названием „Аюдаг-6“ — был разработан примерно год назад. Его создавали как многофункциональную платформу для логистических миссий. При этом конструкция позволяла военным использовать его для разных задач», — говорит Иван.
Когда военные обратились к производителям с просьбой предоставить беспилотник для эвакуации раненого, компания согласилась помочь. Инженеры вместе с военными дорабатывали конструкцию и адаптировали платформу к новой задаче.
«Когда ребята обратились к нам за помощью и попросили предоставить дрон для такой миссии, мы, конечно, сразу согласились. Мы делали всё возможное, вместе с ребятами дорабатывали все детали, чтобы полностью адаптировать платформу для этой миссии».
Согласно информации, опубликованной на сайте компании, во время эвакуации дрон находился в воздухе более часа и пролетел с военным на борту 62 километра.
Иван рассказал, что раньше беспилотники компании использовали для перевозки грузов, в частности боеприпасов весом до 100 килограммов, а также для выполнения логистических задач. Однако эвакуация живого человека стала для него особенно ответственной миссией.
«Мы участвовали во многих миссиях: вместе с военными сбрасывали и 100-килограммовые бомбы, выполняли разные задачи, в том числе логистические. Но когда мы участвовали в этой миссии и увидели, что это не логистика и не бомба, а живой человек, я начал молиться всем небесам и всем святым, чтобы всё получилось. Потому что чувствуешь уровень ответственности и очень сильно переживаешь», — говорит Иван.
Подготовка к операции продолжалась до двух месяцев. По словам представителя компании, военные считают её первой в своём роде воздушной эвакуацией раненого непосредственно с фронтовой позиции с помощью такого беспилотника.
«По сути, это единственная эвакуационная миссия — первая в истории войны, когда человека эвакуировали воздушным судном. Думаю, все понимают, насколько сложна эта миссия: когда нужно пронести человека не один и не два километра, а больше 10–15 километров, и ты понимаешь, что постоянно идут воздушные бои, постоянно ведётся подавление… В таких условиях это очень сложно, и это средство последней надежды. Это должны понимать и пилоты, и эвакуируемый человек, и командиры», — говорит Иван.
Он также рассказал о технических возможностях платформы. По его словам, на гексакоптере поднимали 135 килограммов, и этот результат зафиксировали как рекорд Украины среди производителей беспилотников такого типа. По оценке Ивана, рабочая грузоподъёмность составляет 70–80 килограммов при дальности полёта до 20 километров. Кроме того, компания уже завершает разработку ещё одной платформы аналогичного класса, рассчитанной на груз до 150 килограммов. Заявленная дальность её работы составит 15–20 километров.
«На данный момент это гексакоптер. Мы поднимали на нём 135 килограммов — зафиксировали этот показатель и даже установили рекорд Украины среди производителей. Его рабочая грузоподъёмность — 70–80 килограммов при дальности до 20 километров. Сейчас у нас уже на финальной стадии разработки аппарат такого же класса, но грузоподъёмностью 150 килограммов. Соответственно, дальность — 15–20 километров».
«Константин действовал чётче всех нас»: как военные организовали операцию
Военнослужащий 92-й отдельной штурмовой бригады с позывным «Вейдер» рассказал, что во время подготовки к эвакуации команда не учла некоторые бытовые детали. В частности, раненому не дали баф и защитные очки, из-за чего во время полёта ему было прохладно, а ветер задувал в глаза.
«Надо сказать, что мы не подумали о бафе, поэтому Константину было немного прохладно. Также мы не дали ему очки, чтобы ветер не задувал в глаза и он мог любоваться пейзажами», — говорит «Вейдер».
По его словам, во время эвакуации дроном управлял военнослужащий 30-й бригады. Перед полётом Константину объяснили, как вести себя с дроном и во время полёта. Команда могла следить за состоянием бойца и поддерживать с ним связь. Несмотря на ранение, Константин чётко выполнял все инструкции, что помогло быстро провести операцию.
«Мы могли наблюдать за тем, что происходит с бойцом, и общаться с ним. Нужно отметить, что Константин выполнял всё невероятно чётко и быстро, несмотря на ранение. Пожалуй, он действовал чётче всех нас — операция прошла очень быстро. Всё, что зависело от него, он выполнил на отлично».
Организация эвакуации требовала координации нескольких направлений работы. Военные привлекли специалистов радиоразведки, средства радиоэлектронной борьбы, воздушное прикрытие и беспилотники для отвлекающих манёвров. Одновременно наносилось огневое поражение противнику.
«Основная сложность заключалась в том, чтобы организовать слаженную работу всех подразделений: от радиоразведки и прикрытия средствами РЭБ до воздушного прикрытия. Также проводились отвлекающие манёвры с использованием БпЛА. И, конечно, одновременно наносилось огневое поражение противнику», — говорит «Вейдер».
Что известно о состоянии Константина: впереди реабилитация и протезирование
После эвакуации Константина доставили в госпиталь в Харькове, где ему провели несколько операций. Начальник отделения хирургической инфекции и термических поражений Владимир Куприянчук объяснил, что состояние раненого во многом зависело от помощи, которую он получал непосредственно на позиции.
Побратимы сбрасывали Константину медикаменты и еду с помощью дронов. Благодаря лечению удалось избежать ряда опасных осложнений, в том числе нагноения и гангрены, которые могли угрожать жизни военного.
«Поскольку с помощью дронов на позицию сбрасывали медикаменты и еду, не возникло тяжёлых осложнений — нагноения, гангрены и других проблем, которые могли бы стоить ему жизни. Поэтому к нам он поступил уже с гранулирующими ранами в области голеностопных суставов. Было видно, что он принимал антибиотики и противовоспалительные препараты, и это позволило избежать осложнений, которые могли привести к летальному исходу», — объясняет медик.
Впереди военнослужащего ждут комплексное лечение, реабилитация и подготовка к протезированию. По словам Владимира Куприянчука, врачи уже определили дальнейший план медицинской помощи. Константина планируют перевести в другую больницу в Харькове, которая специализируется на протезировании.
«Пациент сложный — нужно провести комплексное лечение и определить, как его протезировать. Мы уже всё спланировали: переведём его в другую больницу в Харькове, где займутся его протезированием».
История Константина Власенко показала, насколько важным может быть взаимодействие военных подразделений, медиков и разработчиков украинских беспилотников. В ситуации, когда обычная эвакуация была слишком опасной, именно тяжёлый дрон стал способом вывезти раненого защитника с позиции и доставить его к врачам.
Ранее мы писали:
- Тяжёлый дрон эвакуировал раненого с позиции на фронте
- Две недели в одном блиндаже с россиянином: раненый одессит выжил, врага взяли в плен
- Командир погиб, раненый истекал кровью, эвакуировать не дали: как россияне захватили КСП в Гуляйполе
- Украинский воин пять дней удерживал позицию в полном окружении
- Пример мужества: защитник из Николаева награждён боевой наградой «Золотой крест»
