Заявление главы Николаевской ОВА Виталия Кима о возможном использовании шлама для ремонта дорог на Николаевщине вызвало больше вопросов, чем ответов. Особенно после проверки корейских источников, где описывают не красный шлам Николаевского глиноземного завода, а совсем другой материал — сталеплавильный шлак.
Проблема не в одной букве. Для жителей Николаева, Корабельного района, Лиманов, Галицинового и других населённых пунктов возле МГЗ разница между шламом и шлаком принципиальна. Потому что красный шлам глинозёмного производства — это экологически чувствительная тема, которая годами связана с пылением, жалобами людей и вопросами безопасности.
Виталий Ким заявил, что корейские партнёры якобы уже тестировали украинский шлам для дорожного строительства. По его словам, образцы передавали Южной Корее, после чего из этого материала сделали экспериментальный участок дороги, который простоял около года и показал хорошие результаты.
“Мы передавали в Корею образцы шлама, который есть на территории Украины, и они сделали экспериментальную часть дороги. Она отстояла год и показала хорошие результаты”.
Но корейские источники описывают иную картину. В сообщениях про технологию компании SG / 에스지이 идёт речь о Eco-Steel Ascon — экологическом асфальтобетоне, в котором в качестве заполнителя используют steel slag, то есть сталеплавильный шлак, а не красный шлам глинозёмного производства.
Более того, “корейская дорога” оказалась не в Южной Корее. По корейским публикациям, тестовую укладку сделали в Украине, в Киевской области, на участке Залиссся — Заворичи. Длина экспериментального отрезка составляла 850 метров. Об этом также сообщали корейские медиа.
В этих сообщениях указывается, что тестовый участок оценивал украинский Национальный институт развития инфраструктуры. Проверяли прочность, ровность покрытия, сцепление на мокрой дороге, водоотвод и визуальное состояние. По результатам оценки покрытие соответствовало требованиям, трещин или деформаций не выявлено.
То есть возникает главный вопрос: что именно имел в виду Виталий Ким — красный шлам МГЗ, металлургический шлак украинских сталеплавильных предприятий или просто “промышленные отходы” в целом?
Разница между этими материалами огромна. Сталеплавильный шлак — это побочный продукт металлургии, который после соответствующей обработки может использоваться в дорожном строительстве. Именно о нём пишет корейская компания SG, когда говорит о Eco-Steel Ascon.
Красный шлам МГЗ — это отход глинозёмного производства, который образуется после переработки бокситов. Он имеет другой химический состав, иную природу происхождения и иные экологические риски. И именно этот материал десятилетиями накапливается возле Николаева.
Ещё в 2023 году Виталий Ким говорил именно о возможности использования шлама МГЗ в дорожном строительстве и упоминал, что образцы “нашего МГЗ” отправляли корейским партнёрам. Тогда эта идея подавалась как потенциальный способ решить одну из крупнейших экологических проблем региона.
Но новые корейские сообщения не подтверждают, что тестовая дорога была сделана именно из красного шлама МГЗ. Напротив — в них фигурирует 제강슬래그, то есть сталеплавильный шлак. В одном из корейских сообщений прямо указывается, что Украина имеет большие запасы именно шлака из‑за наличия крупных сталеплавильных предприятий.
Поэтому ситуация выглядит по меньшей мере запутанной. Либо Ким слишком упростил объяснение для публики, либо его неправильно поняли, либо в одну историю смешали два разных материала — красный шлам МГЗ и металлургический шлак.
Для Николаева это не техническая мелочь. На шламохранилищах МГЗ накоплено более 47 миллионов тонн красного шлама на площади около 400 гектаров. Ранее уже сообщалось, что шламовые дамбы представляют постоянную угрозу из‑за возможных утечек и пыления.
По данным экологической инспекции, в течение 2023–2025 годов было зафиксировано 16 случаев образования пыли со шламохранилища №2. А 26 апреля 2026 года из‑за сильного ветра зафиксировали неконтролируемое пыление уже со шламохранилища №1.
Именно поэтому любые заявления об использовании красного шлама МГЗ в дорогах должны сопровождаться не общими фразами про “хорошие результаты”, а конкретными документами: что именно тестировали, где тестировали, каков был состав материала, кто проводил лабораторные исследования, какие показатели безопасности получили и можно ли эти выводы увидеть общественности.
По словам Валерия Станкевича (Доктор медицинских наук Валерий Станкевич, который возглавляет лабораторию почв и отходов Института общественного здоровья им. Марзеева) опасность красного шлама может быть недооценена именно из‑за его состава и пыли, которая способна попадать в организм через дыхательные пути.
“Красный шлам содержит довольно большое количество железа, мелкодисперсного оксида железа. И эти оксиды железа при попадании в лёгкие относятся к веществам 3‑го класса опасности. Там есть много других элементов. В первую очередь, это хром, который более высокого класса токсичности… ещё некоторые соединения тяжёлых металлов, которые при ингаляционном поступлении представляют определённую опасность для организма человека”.
На фоне подготовки МГЗ к приватизации эта тема становится ещё более чувствительной. Завод можно продать, но почти 50 миллионов тонн красного шлама у Николаева никуда не исчезнут. И если власть действительно рассматривает вариант использования этого материала в дорожном строительстве, она должна честно объяснить людям, речь идёт именно о шламе МГЗ или о совершенно другом промышленном отходе.
Пока из открытых источников видно лишь одно: корейская технология SG касается асфальтобетона со сталеплавильным шлаком, а не подтверждённого использования красного шлама Николаевского глинозёмного завода. Поэтому перед заявлениями о “дорогах из шлама” на Николаевщине стоит сперва задать простой вопрос: не перепутали ли шлам со шлаком?
Для жителей возле шламохранилищ это не языковая ошибка. Это вопрос воздуха, которым они дышат, земли, на которой они живут, и доверия к власти, которая должна называть вещи своими именами.
Ранее мы писали:
- Дороги из шлама МГЗ: после тестов в Корее Ким хочет перейти к ремонту николаевских дорог
- Продать МГЗ хотят успешно, но сначала нужно убедить инвестора не бояться войны
- Почти 50 млн тонн шлама и 16 случаев пыления: экологическая проблема МГЗ дошла до правительства
- Красный шлам от МГЗ снова “атаковaл” из воздуха близлежащие сёла
- Пока шламовые поля МГЗ без воды и без денег, Виталий Ким договаривается о корейских дорогах из шлама
