"Небоскребы, небоскребы, а я маленький такой". 85-летию В.И. Токарева посвящаю

Вилли Токарев
Вилли Токарев

Я на протяжении всей своей жизни встречался со многими людьми. Среди них были и президенты, как Фидель Кастро и Михаил Горбачев, и министры, и советские и зарубежные артисты Александр Демьяненко, Георгий Вицин, Татьяна Доронина; норвежский премьер-министр, канадский, английский, испанский, шведский, предприниматели-миллионеры и многие прочие сильные мира сего…

А больше всего запала в душу встреча, переросшая в дружбу, с недавно ушедшим любимым всеми бардом и шансонье – Вилли Токаревым (11.11.1934 -04 08.2019). Многое в наших судьбах оказалось похожим.

Я родился в Богоявленске (бывшем городе корабелов, а сейчас просто будкопень - сплошь одни базары и пни от спиленных деревьев). Гордился своим маленьким городком, который, тем не менее, знали далеко- далеко за его пределами по великолепной продукции завода «Океан» — рефрижераторах, лесовозах, траулерах, нефтерудовозах… И как сердечко билось, когда в Архангельске поздороваешься с лесовозом, а в Шотландии - с рефрижератором, которые сам строил. Встречал я в море и особенную гордость Николаева - авианосцы, которые в то время строились всего на двух заводах в мире.

Я прожил интересную и яркую жизнь. Бывал в более сорока странах мира, а в некоторых и работал от полугода до трех лет. Фотографировался с белыми медведями на их родине в Арктике, и смеялся от души, наблюдая за пингвинами, спускающимися с горки в Антарктиде. Дважды проходил пролив Дрейка, а значит, по древнему морскому обычаю, имел право носить серьги в обоих ушах. И видел много-много людей – белых, черных, желтых; умных и не очень; больше хороших, но попадались и не очень.

Четверть века из моей жизни я прожил в городе-герое Мурманске, где и посчастливилось встретиться с Вилли. Суровый климат, летом может выпасть снег, два месяца полярная ночь, но летом — два месяца полярный день. И Кольский залив, незамерзающий. Благодаря этому чуду природы, вернее, благодаря Гольфстриму, который заканчивает свой марафон в Кольском заливе, — и появился славный город Романов на Мурманске. Больше городов с царской фамилией в России не было, а это что-то значит. Как Николаев, еще будучи в пеленках, уже знал, что он будет строить корабли, так и Мурманск, рождаясь знал, что он будет важнейшим портом.

И это особенно проявилось и в первую мировую, и в Отечественную войны, когда почти весь ленд-лиз шел через Мурманск. И, несмотря на то обстоятельство, что Мурманск был на втором месте по количеству сброшенных бомб после Сталинграда, немцам так и не пришлось использовать пригласительные билеты на банкет в знаменитом ресторане «Арктика». Они очень похожи эти города северный Мурманск и южный Николаев. Оба стоят на слиянии рек –один- Ингула с Южным Бугом, а тот впадает в Южно-Бугский лиман, а другой — Туломы и Колы, которая заканчивает свой быстрый бег в Кольском заливе. Даже протяженность Лимана и Залива одинакова.

А дальше переходим к основной теме нашего рассказа. Это были 70-е годы прошлого столетия. Жили мы в центре Мурманска. Молодые, озорные, ещё не обременённые званием «родители», мы с женой пользовались сполна всеми благами досуга. Недалеко был ресторан «Два моря», любимый моряками и всеми мурманчанами. Мы также любили посидеть в этом уютном заведении. В ресторане играл оркестр, и популярные песни исполнял бас-гитарист. Это был тогда ёщё не очень знаменит Вилли Токарев. Я заказывал ему песни, как обычно, за вознаграждение, и мы с женушкой танцевали, а певец нам подмигивал. Однажды, когда оркестр отдыхал, и мы вышли в фойе ресторана, певец подошел к нам. Разговорились. На севере люди быстро сближаются, а тем более в ресторане, мы, будучи некурящими, могли спокойно разговаривать в сторонке.

Оказалось он, как и я, южанин, родился на северном Кавказе в Адыгее, на маленьком хуторе Чернышев. Место красивейшее — лес, речка, озеро, снег настоящий, даже были волки. Семья, потомственные кубанские казаки. Отец его был настоящим коммунистом, и поэтому он получил имя Вилен — это сокращенное от В.И. Ленин. Но, несмотря на то, что отец был партийный, его крестили. Священник не хотел крестить с таким именем и его окунули в купель под каким-то другим именем, но он так и остался Виленом, а затем сократили до Вилли. Отец работал шофером на легковой машине. На те времена — это, как космонавт – рассказывал Вилли.

Я же, тут словно подпрыгнул, и говорю, у меня папа также всю жизнь работает шофером, только на грузовых автомобилях и автокранах. В церкви меня крестили, но имя не меняли, как опустили в купель Александром, так и вынули с тем же именем. Отец мой много читал сам, а мама читала мне сказки. И снова совпадение – отец мой почти всегда был в командировках, и мы хозяйничали с мамой, а вечером она мне обязательно читала сказку. Это была моя первая книга «Русские народные сказки». Вилли рассказывал, что он так же, как и мой отец, любит читать Лермонтова, Жюль Верна, Толстого, но так и не дочитал «Войну и мир» до конца. А я сказал, что прочитал его дважды, еще в школе и совсем недавно. Любил О. Генри и Достоевского. И снова совпадение, я ходил в детскую библиотеку почти каждый день. Библиотекари не верили, что я прочитал книги, и стали меня проверять. Но когда я пересказывал книги почти по тексту, они отменили проверки и наоборот поощряли, выдавая мне новинки и редкие экземпляры. А лет через 20, находясь в гостях, меня узнала библиотекарь, которая выдавала мне книги.

Перерыв закончился, мы пошли за столик, а Вили – на сцену. Следующий перерыв мы тоже провели втроем, с Вилли. Он продолжал рассказ о своей жизни. Объявились новые совпадения у нас, он родился 11 ноября, я – 10-го. После того, как я сообщил ему, что брат и сестра родились 11 ноября, так он чуть не упал в обморок. Он никогда такого не слышал, чтобы в семье родилось трое детей с перерывом 8 и 6 лет, почти в один день.

Вилли продолжал свой рассказ: «Мои родители были потомственными кубанскими казаками. Самыми популярными песнями у нас были народные украинские «Розпрягайте хлопці коней», «Ой барвінок в’ється» и другие. В воскресенье собирались родственники и соседи, а детям разрешалось сидеть тихонько и слушать. И я решил организовать хор и выступить перед взрослыми. Почти все лето мы репетировали и в конце объявили, что будем выступать. Успех был необыкновенный, папы аплодировали, мамы плакали, а мы купались в лучах славы. Затем началась война, мой отец всю войну прошел танкистом. После войны мы переехали в город Каспийск, и там я научился хорошо плавать. В 5-м и 6-м классе плавали по 5 км в море до затопленного сооружения».

И тут я снова добавил, что мы с ребятами переплывали Южный Буг, а он был шириной километра три. Назад нужно было пригнать арбуз, который должен быть сорван на колхозной бахче. Было тяжело и трудно. Но в глазах девочек мы выглядели как настоящие герои.

Вилли продолжил говорить: «Окончив школу, я уехал поступать в мореходку в Батуми». И снова у нас совпадения, я также после школы поехал поступать в высшее военно-морское училище подводного плавания. Но не суждено было Вилли поступить в мореходку, хоть и сдал успешно экзамены, набрав 19 баллов из 20, не прошел медкомиссию по зрению. А мне и другим ребятам выдали справки об успешной сдаче экзаменов и предложили приехать в следующем году, потому что необходимое количество курсантов было уже укомплектовано. Вилли определили на самую интеллигентную работу – чистить танки от мазута. Но он с этим, не очень приятным заданием, справился блестяще, и его направили на курсы котельных машинистов (кочегаров), он закончил их успешно, открыли визу, и- здравствуйте моря и океаны, пальмы и негритянки.

Проходил в море четыре года, побывал в Турции, Болгарии, Франции, Норвегии, Китае и даже в Америке. А я, получив отказ, с Ленинграда позвонил ректору Мурманского Высшего мореходного училища, рассказал свою ситуацию с поступлением. Он сказал «приезжайте, будете приняты — человек с трехлетним рабочим стажем, в аттестате одни пятерки, экзамены вступительные в престижное училище сдал, нам такие курсанты нужны. И приехал, подождал пока закончатся вступительные экзамены, доздал химию (в военных училищах ее не сдавали) и стал курсантом единственного в Советском Союзе Высшего мореходного училища рыбной промышленности. Форму шили в ателье каждому курсанту индивидуально.

А Вилли проходил в море четыре года кочегаром, был призван в Советскую Армию. Кроме армейской службы изучал ноты, музыку. Я, правда, музыкой никогда не увлекался, но слушать хорошие душевные песни очень любил.

Итак, у нас набралось много общего – от дней рождения и до моря. Мы решили, что практически — родственники, братья, правда, с разницей в возрасте 14 лет, и в росте, у меня — 178 см, а у Вилли – 152 см, но нас это абсолютно не смущало.

В следующий раз, когда мы были в ресторане, Вилли подошел к нашему столику и попросил разрешения потанцевать с моей женушкой Галинкой. После окончания танца подвел жену, поблагодарил, сказал, что она очень хорошо танцует (и это была правда), и спасибо вам, что пришли, вы очень красивая пара. А я говорю, женушка у меня - мурманчанка. Вилли же поправил меня: мурманчаночка. И вскоре в 1973 году появилась любимая песня «Мурманчаночка», и Вилли стали называть героем всего Кольского полуострова. У него еще были песни про Мурманск и город Апатиты, но «Мурманчаночка» была самой любимой песней. В том же 1973 году у нас родилась долгожданная доченька, и рестораны отошли на дальний план.

Прошли годы. «Мурманчаночка» гремела по всему Северу, Вилли стал известным и популярным. Мы снова оказались в нашем любимом ресторанчике. Сели мы за столик, как обычно,… но в зале чувствовалось какое-то напряжение. Вилли поет «Усталую подлодку», а в зале сидит человек тридцать военных моряков со значками подводной лодки на форменной куртке. Подводники, а значит серьёзные ребята. Когда Вилли закончил петь и пошел в фойе отдохнуть, я подошел, поздоровался, он обрадовался – «Давно не видел тебя, родственничек». Я сообщил, что родилась дочка, и Вилли поздравил. Попросил его исполнить «Мурманчаночку», но на мое удивление он отказал: «Подводники заказали «Усталую подлодку» 21 раз, а я только спел пять. Пока не закончу, не могу, видишь, ребята очень серьёзные, тем более, только пришли с похода». Да, в зале сидели серьёзные ребята, со сжатыми кулаками на столах, и с играющими скулами. Во главе сидел командир с отдувающимся внутренним карманом. Ясно, пистолет на месте. Я попросил, чтобы Вилли сделал что-нибудь. И он, выйдя на сцену, исполнил очередной раз заказанную песню. Кто-то из подводников громко сказал «шесть!». К еде никто не притрагивался, кулаки на столах, а в зале тишина. Ощущение такое, что это все происходит не в ресторане, а на каком-то торжественном собрании, где выступает первый секретарь обкома партии И в этой тишине Вилли обратился к подводникам: «Уважаемые наши герои-подводники, в зале присутствует мурманчаночка, и я прошу в ее честь исполнить песню «Мурманчаночка», и указал на мою жену Галинку. Все подводники повернулись, посмотрели, и — раз кивнув головой – разрешаем». Мы с Галей танцевали, а у этих, настоящих моряков лица подобрели, даже появилась улыбка на лицах, а кулаки со столов исчезли. Закончилась песня, и от всей души нам аплодировали все, вместе с Вилли и командиром подлодки.

А потом я ушел в море, Вилли перешел работать в новый ресторан «Белые ночи», но там нам уже не пришлось увидеться. Он уже был популярен и ездил по всему СССР.

Моряки его обожали, и часто на сцену к нему деньги летели пачками. И вдруг, новость – Вилли уехал в Америку. Песни его появлялись у нас только с переписанных кассет, привезенных из США. Помню, ехали мы командой в поезде в Москву, а дальше самолетом на Канарские острова, где нас ждал наш трейлер. Так вот, в вагоне всю ночь играла музыка, ехали моряки, и у всех были японские магнитофоны, а запомнились песни Вилли «Рыбалочка», «Небоскребы». И никто не возмущался, не требовал выключить музыку, так мы под «Рыбалочку» и сошли с поезда в Москве.

А в море, если настроение плохое или рыба не ловится, включали Вилли — и настроение поднималось, и рыба ловилась. А потом был его триумфальный приезд, гастроли по всему Союзу, женитьба на девушке, моложе его на 32 года, рождение двух детей, и концерты, новые песни и никто не верил, что Вилли уже за 80 лет.

А 4 августа 2019 года его не стало. Остались песни, они еще долго будут будоражить души его современников и души новых поколений. Хороший, добрый, простой, отзывчивый, трудолюбивый, сделавший себя сам. И когда вспоминаю Вилли, всегда радуюсь, и на душе становится легко и радостно. Слушайте песни Вилли Токарева, живите, любите родителей, жену, детей и, конечно, Родину, так как любил, и пел об этом в своих песнях этот великий Человек.

Стахорский Александр Васильевич,
пенсионер, капитан дальнего плавания

Оцените новость: Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Новости по теме:
Редакция сайта не несет ответственности за содержание комментариев под статьями.
Уважаемые читатели, будьте взаимовежливы!
Об авторе блога
Александр Стахорский
Александр Стахорский